Чтобы стать ближе к пониманию того, как мыслит философ, совсем не обязателен обстоятельный расклад того, что он мыслит. Посему, пройдём в стороне от содержания книги, тем более, что читатель может в любой момент прочитать её. Однажды проделав трудный путь к встрече с философствованием Мамардашвили, путь, который непременно включает хотя бы минимальный, но сокровенно свой опыт мышления, хочется рассуждать о способе философствования, озадачится вопросом: как это вообще возможно - «мыслить»? Вопрос может прозвучать весьма претенциозно, если не заметить, что он сводится к более частному, а потому и жизненному вопрошанию о слове, не в его всеобщем значении языка, а в сугубо суверенном и близком, которым даруется пространство экзистенциально свободному ходу нашей мысли. Способ философствования являет неповторимую особенность, своего рода «физиономию» текста, но заявленный в качестве самостоятельной темы, он принуждает оставить текст за пределами рассуждений. По сути, в способе мы различаем своеобразие черт мысли, на деле выявляющих не специфику дискурса, но очерчивающих горизонт сказываемого с тем, чтобы поставить читателя лицом к лицу перед оставшимся невысказанным. В фундаментальном настроении мыслящей экзистенции выбираемое нами слово, представленное по обыкновению в одном обособленном значении, снова погружается в своих невыявленных, но трансгрессивно присутствующих референциях в полноту несокрытого молчания. Невнятное никакому уму, не артикулированное устойчивым словоупотреблением - как это назвать? — явственно задевает нас, когда мы постигаем пограничный изгиб дискурса, на котором весь жест чисто мыслимого лишь сопутствует движению запределне-мыслимого.
Читать полный текст: Мераб Мамардашвили «Лекции о Прусте» в pdf – 34,9 Кб
Комментариев нет:
Отправить комментарий